[indent] она в участке уже четыре года (один в уме), округляем и получаем пять, почти дата, почти круглая и пугающе близкая к ее истекающему сроку годности. фрэнки еще не задерживалась на одном месте дольше и начала здесь скорее с фальш-старта, нежели с эффектного появления. она зарабатывает себе в первые месяцы, год? не то чтобы репутацию, но что-то к ней близкое, почти осязаемое и вязкое в своей неизбежности. с прошлым участком отношения разрывала, словно спалась из токсичных отношений, сбежать и не оглядываться никогда назад, с мечтами о запретительном запрете и надеждами на неприближении. вина лежит где-то между, когда фрэнки достаточно благосклонна, то признает, что примерно поровну, когда нет, считает, что виновата больше сама. там и впрямь не было никогда людей ей действительно близких, кроме… впрочем неважно. у нее друзей осталось со школы жалкие крохи, чуть больше выживших со времен университета, из последних сил держаться сокурсники из академии и с первого в ее жизни участка. прошлый же в ее жизни темным пятном, куда не хочется возвращаться. в нынешний возвращаться почти хочется, насколько она себе разрешает это позволить, усилия прилагая, чтобы разделить действительный интерес и комфорт и врожденный когда-то трудоголизм, отцовское упрямство и несгибаемость матери. потому позволяет себе неделю отпуска, эмоционально изматывающего, но все-таки отпуска, все-таки времени с семьей, как бы тяжело ей это не давалось после всего, через что им пришлось пройти. из-за нее, из-за эллиота, из-за мамы. франческа слишком много сил кладет на то, чтобы восстановить утраченные родственные связи, что в отличии от нейронных подлежат восстановлению. у нелл и без того семьи отчаянно не хватает, нельзя лишать ее той, что еще осталась, и фрэнки выкраивает время, вписывает себя в график отпусков и отказывается сроки сдвигать, делая все, чтобы сдержать данные обещания.

[indent] и все же, вернутся в участок намного больше похоже на возвращение домой, чем никогда не бывшие до конца родными стены родительского дома. она захватывает по пути упаковку любимых пончиков для коллег (почти клише, но они в лос-анджелес и минимум половина из пончиков веганские и нагло врут, что почти полезные), а для себя порцию обжигающе-горячего кофе у джо, с легкой кислинкой, точь-в-точь как ей нравится. за четыре, почти пять лет стал ей привычным, знакомым как старый друг и она помнит какая из кнопок в лифте всегда немного западает, кажется из-за сладкой соды когда-то пролитой на приборную панель. фрэнки знает, где увернуться, а где ускорить шаг, чтобы не пересечься с тедди из патруля и его извечными приглашениями на gender party собаки, крещение троюродной бабушки, вечеринки по случаю списания принтера в утиль и что еще он там успеет придумать.

[indent] рабочую почту открывает с тяжелым вздохом, отмечая письма одно за другим как важные, а потом также методично снимая с них эти галочки, читать все отказывается почти из принципа, а действительно важное должно уже было решиться до ее возвращения. краем глаза замечает, что на столе напротив ее появилась коробка с вещами, вспоминает что слышала что-то про новый к ним перевод, но особого значения не предала, кто-то всегда уходит, всегда приходит кто-то новый. франческа погружается в работу, перепроверяет отчеты для офиса прокурора, пишет гневное письмо на лабораторию, которая до сих пор не прислала результаты анализов, делает себе пометку назначить повторное интервью перед следующим появлением в суде и мечтает о новом вызове, спасающим от бумажной рутины.

[indent] к двенадцати ее вызывают в переговорку, вероятно новенький достается в напарники ей, что же хочется верить, что повезет больше, чем с предыдущими. первый отказался с фрэнки работать из-за ее репутации: временное отстранение, длительная реабилитация, обязательная психологическая оценка и ее “да, марк, пуля застряла и я звеню на каждом металлоискателе, можно мне напарника не идиота?”. второй был согласен заполнять все отчеты и вести переписки, лишь бы лишний раз не уходить из офиса и это было лучшее сотрудничество ее жизни, пока ему не пришла пора выходить на пенсию. фрэнки до сих пор шлет открытки его внукам на дни рождения. номера три и четыре перешли в другой отдел или участок, один осознав, что копом ему быть не очень нравится, второй осознав фрэнки требовательной сукой. у “счастливого” номер пять были достойные конкуренты. капитан заполняет пространство вежливой болтовней, что-то говорит о том, что они когда-то уже работали вместе и это наверняка правда. с кем-то она училась, с кем-то была патрульной, кто-то был для нее наставником, кому-то проводила первый инструктаж она, с кем-то пересекалась на учениях и конференциях, а кто-то - джеймс-мать-его-дирборн.

[indent] черт.
[indent]  [indent] черт.
[indent]  [indent]  [indent] черт.

пятый номер становится контрольным выстрелом в голову и фрэнки не понимает каких усилий ей стоит не схватиться за спинку стула мертвецкой хваткой, переломив хлипкое дерево напополам. у франчески земля из под ног уходит, но она продолжает почему-то стоять, продолжает дышать и продолжает смотреть в лицо того, кого не ожидала больше увидеть. тонуть. ее так и тянет спросить “правда? вы это серьезно?”. ее так и тянет рассмеяться и обвинить капитана в розыгрыше. ее так и тянет ткнуть дирборна пальцем в грудь побольнее и спросить может ли она новому напарнику доверять или он сбежит? (снова.)

фрэнки сжимает в кармане металлический ребристый жетон и ничего из этого не говорит.

- детектив джеймс дирборн, - боже, только бы все еще детектив, - добро пожаловать в наши скромные пенаты, какими, - твою мать, - судьбами?

капитан что-то еще говорит, прежде, чем ему приходится ответить на телефонный звонок и он оставляет на столе папку с их новым делом. тогда сразу к работе.

- возможная серия поджогов, - фрэнки забирает со стула пиджак и ключи от машины, - пошли, я поведу.

Он сын владельца международной фармацевтической компании, и это отложило отпечаток на его жизни. Он всегда старался угодить отцу. Ведь его брат сумел уйти из под взора отца и стать успешным. Под гнетом отца он изучал бизнес, психологию. и получил в последний диплом. И под влиянием собственного отца он стал не самым прекрасным человеком. Отосланный отцом в СФ, чтобы поднять филиал, парень считал это ссылкой, но сосредоточился на работе, но не гнушался исполнять свои желания.

— Господи, мам, успокойся ты уже. Ты в гостях, не надо в моем доме ничего убирать, переставлять и тем более мыть! — чуть более высоким голосом, чем обычно, сказал я, видя, как мать начала бегать глазами по комнате, точнее, по кухне, и ходить туда сюда. Думаете, мои слова возымели хоть какой-то эффект? Неа. Вот совершенно нет. Есть у моей мамы свой особый перфекционизм в плане уборки, чистоты. В моем доме она бывает редко, но ей только волю дай, она весь дом до блеска доведет. А я вроде хотел просто пообщаться с ней, а не заниматься уборкой. Которой к слову, я занимался только вчера. Но, ровня ли я мастеру в этом деле? Нет конечно, — у тебя дома грязно. Как ты тут вообще живешь? — я натурально закатил глаза. Такое ощущение, что на каждом шагу лежит коробка из под пиццы или бургера, у каждого предмета соседствует бутылка из под пива или чего покрепче, и всё в этом духе. Не сказать, чтобы я прямо старательно убираюсь, но порядок и чистоту я навожу в любом случае. Да, не лазаю под шкафы и прочее, но...
[indent] — Эй, это типичное холостяцкое логово. Я убирался вчера, вообще-то. Не так уж здесь и грязно. Прости, денег на домработницу лишних у меня нет. Да и тем более, их не нанимают в такие небольшие среднестатистические дома. Это удел каких нибудь богачей с их особняками, виллами и прочим, — вроде бы всё по полочкам разложил. Вообще, чувствую себя так, словно у меня был наказ вылизать весь дом дочиста, а я его не выполнил. И при этом мне не двадцать восемь, а лет пятнадцать, и я не убрался не в своем доме, а в комнате. Впрочем... Это же мама. Логичные ощущения, что сказать, — а зря, может, с ней бы и сошелся. А то так и будешь до конца жизни в одиночестве, и умрешь один, — тонкую тему она затронула. Это она еще не знает, что я переживу её, отца, и всех остальных, кто мне дорог, — мою личную жизнь и отношения с девушками попрошу не трогать, ладно? С этим я как нибудь сам разберусь, без твоей помощи. Спасибо за переживания, но... Встречаться с первой встречной для меня не вариант, и ты сама это прекрасно знаешь.
[indent] Мать лишь повертела головой, от моего упрямства. Такого уж вы вырастили сына, что я еще могу сказать. Я знаю чего хочу. Я знаю, когда хочу, и так далее. И да, я бываю очень упрям. А еще, я очень не люблю, когда мне начинают диктовать, что, как и когда делать. Время, когда она могла меня направлять, и я бы без сопротивления послушался, уже прошло. Уже давно прошло... С тех пор как я ушел из дома, потому что уже не мог выносить параноидальные замашки отца, что боится этого мира, этого города, хотя сам является изгоем, таким же, как и многие в этом городе. Я предпочел отдалиться от него и пожить так, как хочу я, а не он. И с тех пор мы и не виделись. Навещает меня только мама, да и то, не прям чтобы постоянно. Я шлю ей подарки, помогаю денежно, когда нужно, но... Скажем так, от семьи я отдалился. Или же наоборот, семья отдалилась от меня. А может, виноваты обе стороны, но каждый пытается спихнуть вину на другого. Такова уж жизнь. Все равно, так или иначе, стереотипы иногда правят людьми.
[indent] — Я тебя прошу, перестань. Ты в гостях. Не нужно наводить здесь порядок, он и так тут есть. Да, неполный, но это мой порядок. Просто отдохни. Ты пришла ко мне, или чтобы убраться здесь, когда это уже не нужно? — я улыбнулся, взглянув на мать. Ей было трудно согласиться с моими словами, я это видел, но, она все же поддалась, — я просто забочусь о тебе. Вот и всё, — и улыбнулся вновь, и проговорил, — и я ценю это, но правда, уборка этому дома пока не нужна. А когда будет нужна, я сам этим займусь. Я не маленький мальчик, мам, уже давно нет, — я положил руку ей на плечо. Но, мой аргумент был снесен в пух и прах, — ты же знаешь, что для меня ты всегда будешь тем маленьким мальчиком, которым когда-то был. Это не изменится, — я улыбнулся, и обнял её, — знаю, — я старался быть аккуратнее, учитывая, что во мне силы сейчас куда больше, и я порой еще делаю промашки. Когда слишком увлекаюсь, — я пойду похимичу с машиной, а потом вернусь к тебе, ладно? Мне там буквально работы на пятнадцать-двадцать минут, — она кивнула, и я пошел в сторону двери к своему гаражу. Мамы. Их уже не переделаешь.
[indent] Благо, помощь автомастерской здесь не требовалась. Мелочи, за которые жалко отдавать кучу денег, особенно когда у тебя самого руки растут из правильного места. И я бы продолжил заниматься, если бы не услышал... А точнее, почуял, незнакомый мне запах. Который явно выделялся из того, чем пахло в гараже. Если я здесь один, то, и дураком я выглядеть не буду, если просто спрошу, — кто здесь? — положив инструменты на тряпку на капоте, и сделав шаг в сторону запаха. Если мне конечно не мерещится, и я не учуял проходящего мимо незнакомца. Хотя, чтобы пахло даже в гараже, надо было бы вылить на себя ведро, а лучше два, духов или одеколона.